«Идем вперед»: Алексей Цыденов дал интервью региональным телеканалам

Глава Бурятии Алексей Цыденов дал интервью региональным телеканалам по актуальным вопросам (часть 2).

Зачем новые стройки начинаем?

Алексей Цыденов:

Мы 41 школу построили. Сейчас 42 строится. 41 школу построили. Давайте подойдём вот как вы предлагаете. И сначала построим одну школу, потом вторую, потом третью школу, мы бы тогда третью смену в школах ликвидировали бы, как минимум 40 лет. А большие школы строятся не за один год, а за два года. Соответственно, тогда одну школу там два года строим, пока одну не достроим, не заходим в другую. Так надо?

Мы без всякого третьего моста вот за 5 лет сделали 88 мостов, включая большие по Республике Бурятия. 88 мостов. Если подходить в формате о том, что боимся проблем и ничего не делаем, а делаем там по чуть-чуть, то тогда мы эти мосты будем делать 160 лет. Потому что большие мосты они за год не делаются. Да, то есть там по год-два на каждый мост, и вот эти 88 мостов, которые мы за 5 лет сделали, тогда будем делать ещё 160 лет.

1 000 км дорог за 5 лет. Это вот федеральные, региональные, местные, вот всё в Республике Бурятия мы сделали. Тоже там, пока один километр не сделаем, в другой не заходим. Детские сады. 46 детских садов. По одному делать? Или вот мы делаем сейчас Национальный музей и театр. Что остановить? Музей не делать? Сделаем театр, потом будем делать музей.

То есть вопрос-то в чём? В том, что на виду проблемный объект. Вот они на слуху, но их ещё сейчас подогревать, надо понятно относиться к тому, что вот сейчас в режиме выборной кампании мы там пытаемся рассказать, что много делается и куда мы идём. Оппоненты пытаются сказать, что всё ерунда, ничего не делается и всё плохо. Вопрос: как работать с проблемой?

Большая часть проектов, она делается нормально, запускается, там ленточку порезали, все забыли и пошли, и всё работает. А проблемы, они постоянно на слуху и возникает эффект о том, что везде проблемы. Да не так. То есть просто по количеству, я не знаю, там спортивных объектов, больше сотни новых построили. Медицинских объектов, вот ФАПы, поликлиники, амбулатории — больше сотни сделали. Это новое, это не ремонт за 5 лет, больше сотни.

Цифра не чувствуется. Вот давай посчитаем: один фАП, второй, третий, четвёртый, пятый. Мы тут три минуты будем пальцы загибать, сколько сделано. Большие объекты, в том числе за это время сделали. И вопрос не бояться, а справляться. Есть проблемы? Да, возникают. Справляемся. Ну, что? Зубы сжали, поругались там, посудились, кого-то посадили, с кого-то штраф взяли, но довели до конца, чтобы люди почувствовали результат, чтобы жизнь где-то стала лучше.

Здравоохранение стало лучше, образование стало лучше, дороги, мосты стали лучше, Главное — это конечный результат. И мы будем доводить до результата. А то, что параллельно начинается, не параллельно? Да, параллельно. Потому что жить надо здесь и сейчас, а не завтрашним днём. Есть проблемы, проблемы есть во всех регионах и всегда. То есть это такая перманентная составляющая, досадная, но неизбежна. Но в целом, повторюсь, у нас результаты очень высокие. При этом тоже хочу подчеркнуть о том, что мы не только в рамках нацпроектов работаем, не только в рамках национальных, государственных программ работаем. У нас очень много вещей, которые мы делаем либо первыми в России, либо единственные. И я такие примеры просто приведу, чтоб было понятно.

Вот мы строили по концессии Прошкола 11 новых школ. Это не существовавшая до того момента, как мы начали, схема финансирования. То есть мы понимали, что надо сразу много школ, а деньги в федеральном бюджете они растянуты по годам. И мы договорились с Министерством просвещения Российской Федерации, спасибо им за поддержку, что зашли в концессионную схему.

Когда школы строим сейчас, а рассчитываемся за них до тридцатого года. Вот мы школы, вот, у нас по вот этой схеме концессионной со школами 11 школ построено новых. Вот сейчас, кстати, последняя достраивается вот в центре Улан-Удэ на 750 мест. И по ним мы рассчитываться будем даже там за тридцатый год ещё. А школа уже сейчас, наши дети уже сейчас ходят. Если эти стандартные схемы, то мы бы ещё там 10 лет эти школы ждали, строили бы потихоньку. И после нас, когда мы отработали всю нормативно-правовую базу, финансовую схему, запустили, и у нас это пошло. Сейчас более 60 школ по России по этой схеме построили после нас по нашим стопам.

Дальше вот Ледовый дворец мы строили. Это же тоже концессия. Причём концессии на спортивные объекты до того, как мы зашли, её не было совсем. Мы вышли с инициативой также о том, что соединить государственные деньги и частные деньги. Там же частный инвестор вложил деньги тоже. При этом прописали срок реализации концессии. На тот момент, когда мы заходили, даже кодов бюджетной классификации не было по концесионным схемам, по спортивным. Мы вносили изменения в КБК в Минфине России, вносили изменения в госпрограмму Минспорта России. Мы меняли нормативную базу федерального уровня для того, чтобы это можно было сделать. Сделали, работает, и после нас по России пошли концессии по спортивным объектам.

То есть мы вот с такими проектами заходим. Не потому, что нам там хочется, потому что мы понимаем, что надо реализовывать сейчас. Деньги есть, но они растянуты по годам, или их вообще нет, да, и надо как-то найти хитрый способ, чтобы их получить. Мы реализовываем различные проекты в нестандартных условиях, чтобы иметь возможность больше сделать в ограниченных ресурсах.

И, повторюсь, не всё покрывает национальные проекты. Большинство покрывает национальные проекты, безусловно, и спасибо нашему президенту за за сами национальные проекты. И государственные программы, но мы делаем и то, что не предусмотрено. Ищем нестандартные варианты.

Даже адресное решение по республике, наверное. Там никто не помнит. У нас льготная стоимость электроэнергии. Да, она у нас там достаточно высокая, но она высокая в абсолюте. В целом по России мы в лидерах снизу. То есть у нас не самая низкая, но одна из самых низких — стоимость электроэнергии в России. И для юридических лиц, и для физических лиц. И это в связи с тем, что по закону Республику Бурятия внесли в особую ценовую зону и 25% стоимости электроэнергии вся страна доплачивает за Бурятию.

Эта работа, это ещё до двадцать девятого года сохраняется. Сейчас я обращался к президенту, чтобы это можно было продлить. Работаем с Минэнерго по этому вопросу. Но сегодня такие условия адресные, точечные непосредственно по республике. И таких адресных решений по республике их много. Дороги мы начинали ремонтировать. Первый же проект был по дорогам. Города с населением от 500 000 попадали под финансирование развитие вдорог в городе.

А у нас 500 000 нет. То есть у нас 434, 500 не натягивается. Мы отдельно с Минтрансом там проговаривали, доказывали концепцию агломерации. И тогда отдельным решением Правительства Российской Федерации было принято решение о том, что включить агломерацию в диаметре 50 км. У нас как раз 500 000. Диаметр 50. Под нас попал ещё Калининград, ещё один город, там три города попали, они даже коллеги не знают, почему.

Счастливы. Это опять же такие точечные адресные решения, которые непосредственно по республике. Это не системные по всей стране, это точечные адресные. И вот на фоне дефицита ресурсов и на фоне такого, когда все Регионы вместе идут там и стучатся в одни двери, поиск нестандартных решений — это, наверное, единственный вариант — вырываться вперёд и получать больше возможностей сделать здесь и сейчас, а не растягивать по годам.

Про мобильный интернет

Алексей Цыденов:

Помните атаку, когда из фур взлетали беспилотники в Иркутской области, в Мурманске, когда атаковали стратегические аэродромы, из фур запускались беспилотники. Они управлялись по мобильной связи. И таких попыток, на самом деле, это неудачные попытки были для противника, но те, которые были предотвращены, их больше. И эти попытки не прекращаются. Их не сильно подсвечивают, но в регионах регулярно задерживают диверсантов, которые вот с такими обычными FPVшками небольшими по обычной связи, там с боевым подвесом пытаются какие-то стратегические объекты совершить атаку на них. На прошлой неделе тоже задержали. Поэтому здесь вопрос в безопасности. У нас есть стратегические объекты на территории города, вокруг них заглушена скорость передачи интернета, чтобы видеосигнал не проходил. Потому что, управляются эти FPV-шки, надо оператору видеть, куда что летит. Вот. Поэтому скорость замедлена, чтобы безопасность обеспечить в первую очередь, наших стратегических предприятий, стратегических объектов. По Иркутску тоже, там же у нас в отдельных районах города нормальный интернет. То есть это не по всему городу, а в зоне, прилегающих к стратегическим объектам. Это по всей стране так. Это решение есть, я думаю, что люди, кто знает почему это, относятся с пониманием. Где-то неудобно без интернета, раньше вообще без него нормально жили. Конечно, быстро привыкаешь к хорошему, и когда это хорошее становится менее доступным, это вызывает раздражение. Но в чём основная задача? Задача в безопасности сейчас и победить.

Победим, всё решим дальше, я думаю, всё вернётся опять же в нормальное русло. Но сначала надо победить. А для того чтоб победить, надо всем собраться и где-то немножко потерпеть неудобства, где-то у нас там какие-то проекты по деньгам сдвинутся вправо, где-то нам больше надо помочь нашим ребятам на передовой. Сейчас надо победить.

Часто вы слышите неправду о себе, и как на это реагируете?

Алексей Цыденов:

Во-первых, регулярно. И по рабочим вопросам и по личным, разным. Как Черчилль говорил: «Ложь пробежит полмира, пока правда одевает штаны». И вот у нас тоже там где-то что-то случилось, точнее даже не случилось, но уже кто-то что-то ляпнул, побежал. Слышу регулярно. Причём рабочие вещи с соцсетей там и на работе там докладывают. Честно, пока не привык. То есть я пока работал там в министерствах, в бизнесе, то есть там другая сфера и ты вне общественного поля. Вот так внимания не привлекаешь. А когда сюда приехал, конечно, это общественная работа, ты постоянно на виду. Понятно, что у людей интерес, понятно, что кто-то что-то там скажет, это быстро разлетается. Стараюсь относиться к этому с пониманием, но не всегда получается.

Какие цели для Бурятии на осень?

Алексей Цыденов:

Сегодня ситуация безусловно сложная потому что у людей есть усталость. Усталость от напряжения, все ждут победы скорейшей. В экономике непросто. И вот эта усталость она и проявляется. Это я бы сказал не столько недоверие каким-то партиям, сколько желание высказать, показать вот эту свою усталость и желание перемен к лучшему. Перемены к лучшему будут. То есть мы все понимаем, что рано или поздно победа будет. Мы все хотим, чтоб это было рано. И всё у нас вернётся в нормальную жизнь. Выборы сегодня – это особенные в текущем году, в текущей ситуации. И это надо подчеркнуть.

Потому что сейчас выборы даже не за какую-то партию. Сейчас выборы это сигнал на сплочённость народа. Потому что Запад нас сегодня давит, там на поле боя не понимают, что они нас не задавят. Поэтому они приняли решение больше бить там вглубь страны там беспилотниками. Они больше давят экономически, там санкционными, там блокировками, там всеми вещами, чтобы создать проблемы у нас внутри страны. Чтобы народ здесь начал шататься, начались разногласия недовольство. Они надеются на том, что расшатают народ так, что мы внутри посыпемся и тогда начнем откатываться на поле боя, тогда начнём идти на уступки.

По сути они хотят того, чтоб мы проиграли не потому что мы слабые, а потому что мы внутри начали друг с другом кусаться. И вот это вот сейчас главная ставка. То есть на такое истощение экономическое, истощение эмоциональное.

И в чём особенность выборов этого года? В том, что если люди покажут сплочённость, если народ придёт и единогласно проголосуют и покажет объединение, покажет о том, что несмотря на всё давление, мы едины и нас не нагнёшь, то и у Запада не будет оснований дальше продолжать. Им же тоже непросто. У них свои проблемы экономические там и в Европе, и в Штатах уже рекордный долг, у них долг превысил впервые. И это тоже такой большой показатель. Мерц вообще заявил немцам о том, что как мы раньше жили хорошо, теперь не будем жить так хорошо никогда, привыкайте к новой реальности.

То есть он руководитель страны официально немцам объявил о том, что они будут жить плохо всю ближайшую перспективу. И вот если у них не будет надежды на то, что они смогут наш народ раскачать, то им продолжать дальше смысла нет. А если они увидят, что на выборах народ не пошёл, а пришёл вяло, проголосовал не пойми как, разбрелись в разные стороны и в людях нет единства и сплочённости, то значит их меры действуют. Значит можно продлить ещё войну, значит можно продлить ещё экономические санкции, чуть-чуть додавить и Россия сама посыпется. И вот у них в этом надежда.

У нас сейчас у всех, у народа там, у наших людей самая яркая, самая конкретная возможность проявить единство и помочь нашим ребятам. То есть, чем сейчас на выборах сплочённее себя народ покажет, это самая лучшая помощь нашим ребятам. Это сигнал Западу, что ничего у вас не получится и давайте садитесь за стол переговоров и надо уже завершать всё и чтобы наши цели, которые мы ставим в рамках специальной военной операции были достигнуты. И тогда всё быстрее закончится.

Если сейчас выборы пройдут там плохо, повторюсь, это только уверит Запад в том, что их методы работают и что можно продолжать год-два-три ещё сколько-то. Это особенность выборов этого года. И я вот всех жителей бы наших всей республики хотел бы призвать к тому, что сегодня. Дорогие земляки, вот я прямо в камеру сейчас хочу посмотреть.

Дорогие земляки, выборы особенные. Давайте нашим ребятам поможем, придём все и покажем сплочённость и единство, потому что это самый простой способ и самый действенный, помочь нашим ребятам быстрее вернуться домой, помочь стране победить.

фото: правительство Бурятии